Психиатрия отзывы

Отзывы о психиатрах Москвы

Найдено 74 отзыва о психиатрах работающих в Москве, 11 отзывах за 2020 год.

убрать обязательность заполнения

От всей души поздравляем Веру Семеновну и весь женский коллектив Поликлиники с Праздником Весны! Спасибо Вам за добрые слова пациентам, за Ваш профессионализм (лечилась мама)! Счастья женского, здоровья, удачи во всех делах!

Обожаю тебя. Лучший доктро в Москве. Скоро с сынишкой вернусь. Мы анализы сдали. Спасибо больше. Ну вы мне так и не ответили чей Крым.

Отзыв оставлен анонимно. Анонимный отзыв не может быть проверен, поэтому доверие к таким отзывам низкое и они не влияют на рейтинг врача. Часто анонимные отзывы не соответствуют действительности, а изложенные в отзыве факты — вымышлены пользователями.

Отзывы о врачах и клиниках являются оценочными суждениями их авторов и не имеют отношения к редакции сайта. Ответственность за достоверность отзыва несёт его автор.

Вы можете пожаловаться на анонимный отзыв.

День добрый, я проходил лечение у Марии Андреевны по поводу тяжёлой дипресии. Она помогла мне выйти из ситуации, назначила адекватное лечение и мне стало значительно легче. Сейчас я живу! Просто огромное человеческое спасибо, настоящий профессионал.

Я очень люблю своего врача Ирину Геннадьевну Эдлину. Помимо лекарственной терапии, она всегда ведёт диалог и даёт дельные жизненные советы, к которым хочется прислушаться. Спасибо Вам!

Внимательный и знающий врач, чутко относящийся к родтвенникам своих очень тяжелых больных в гериартрическом отделении больницы. Всегда найдет доброе слово, спасибо!

Отзыв оставлен анонимно. Анонимный отзыв не может быть проверен, поэтому доверие к таким отзывам низкое и они не влияют на рейтинг врача. Часто анонимные отзывы не соответствуют действительности, а изложенные в отзыве факты — вымышлены пользователями.

Отзывы о врачах и клиниках являются оценочными суждениями их авторов и не имеют отношения к редакции сайта. Ответственность за достоверность отзыва несёт его автор.

Вы можете пожаловаться на анонимный отзыв.

Поправила помастурбировать при ней. Потом одела перчатки и повторила. После сказала что онанизм, — это хорошо. Нет ничего страшного что я не кончаю во время полового акта. Женщины получают удовольствие со мной от близости. Ну а, я от мастурбации на них. Всё хорошо

Отзыв оставлен анонимно. Анонимный отзыв не может быть проверен, поэтому доверие к таким отзывам низкое и они не влияют на рейтинг врача. Часто анонимные отзывы не соответствуют действительности, а изложенные в отзыве факты — вымышлены пользователями.

Отзывы о врачах и клиниках являются оценочными суждениями их авторов и не имеют отношения к редакции сайта. Ответственность за достоверность отзыва несёт его автор.

Вы можете пожаловаться на анонимный отзыв.

Была проблема с поведением ребенка (истерики, боязнь людей), а также энурез. После проведенного лечения все исчезло. Доктор профессионал, внимательный, сопровождает во время лечения, в т. ч. дистанционно.

Отзыв оставлен анонимно. Анонимный отзыв не может быть проверен, поэтому доверие к таким отзывам низкое и они не влияют на рейтинг врача. Часто анонимные отзывы не соответствуют действительности, а изложенные в отзыве факты — вымышлены пользователями.

Отзывы о врачах и клиниках являются оценочными суждениями их авторов и не имеют отношения к редакции сайта. Ответственность за достоверность отзыва несёт его автор.

Вы можете пожаловаться на анонимный отзыв.

Выражаю благодарность заведующему отделения — психотерапевту клиники РПП Шафаренко Алексею Александровичу за успешно проведенное лечение от нервной анорексии и возвращение к полноценной жизни. Огромное спасибо от меня и всей моей семьи за профессионализм, поддержку и чуткое внимательное отношение.

Отличный врач. Специалист своего дела. Очень помогла мне в трудной ситуации как психологически, так и медикаментозно. Вникла в ситуацию, давала грамотные рекомендации.

Отзыв оставлен анонимно. Анонимный отзыв не может быть проверен, поэтому доверие к таким отзывам низкое и они не влияют на рейтинг врача. Часто анонимные отзывы не соответствуют действительности, а изложенные в отзыве факты — вымышлены пользователями.

Отзывы о врачах и клиниках являются оценочными суждениями их авторов и не имеют отношения к редакции сайта. Ответственность за достоверность отзыва несёт его автор.

Вы можете пожаловаться на анонимный отзыв.

Первый раз в жизни у мужа стойкая депрессия спровоцировала острый психоз. Скорая (неврологи) вызвали бригаду психиатров, но я отказалась его госпитализировать и попросила снять острое состояние хотя бы на сутки. Ему сделали укол галоперидола и вызвали на следующий день психиатра. Доктор сразу вызвала доверие, с ней была добрейшая медсестра,Показать полностью. и мы как-то все сразу расслабились. Муж показывал чудеса под названием «вспомнить все», четко излагал свои мысли, критически оценивал свое вчерашнее состояние и т. п. Но Рено Хазраткулиевна была неумолима: тесты и вопросы сыпались как из рога изобилия, сканирование медкарты на предмет наблюдения у неврологов и опять вопросы, кое-где дублирующие уже заданные (методика, однако). А было уже 30 декабря 2019, на улицах шло столпотворение, как будто этот год был последним. В разговоре со мной на всякий случай подготовила меня к очень неприятным диагнозам, но видя мое состояние, тут же и успокоила, что все это сегодня лечится, купируется, корректируется. Утром ему стало хуже, психоз возвращался. Я позвонила ей и убитым голосом все рассказала. Тут же по телефону она скорректировала лечение, я сбегала в аптеку и вот уже больше недели мы потихоньку выкарабкиваемся. Завтра буду звонить в регистратуру и проситься на прием только к Рано Хазраткулиевне.

Марина Евгеньевна! Вы работали врачом 19 отделения? У Вас проходил лечение мой брат Андрей! Это было очень давно, в начале 2000, но впечатления от Вашего отношения к больному, Ваше участие в его возвращении к нормальной жизни я буду помнить всю жизнь. И хочу Вам сказать, что Ваши усилия не пропали даром. Он восстановился от болезни, находитсяПоказать полностью. на поддерживающем лечении, работает в банке, женился, у него дружная семья, два прекрасных сына 11 и 5 лет И в этом Ваша немалая заслуга, что с Вашей помощью и помощью Божией мой брат живет полноценной жизнью. Вы врач от Бога! Если бы в нашей стране таких врачей было большинство, то и большинство людей были бы счастливы! Низкий Вам поклон, здоровья Вам и Вашим близким! Да хранит Вас Господь! С уважением Валентина, Воронежская область

Как я работаю в психиатрической больнице

Интервью: Екатерина Базанова

МОИ ДНИ ПРОХОДЯТ В ОКРУЖЕНИИ ЛЮДЕЙ С ШИЗОФРЕНИЕЙ, биполярным аффективным расстройством и олигофренией. Я медицинский психолог в реабилитационном отделении московской психиатрической больницы — и эта работа идеально мне подходит.

Мои планы на будущее несколько раз радикально менялись: модельный бизнес, журналистика, немецкий язык, звукорежиссура — в итоге диплом о высшем образовании я получила по специальности «психолог». Мне хотелось помогать людям, попавшим в экстремальные ситуации, и работать в МЧС — для этого нужно было отучиться ещё год. Просмотрев профильные программы по нужной специализации, я выбрала ту, что предлагал Московский институт психоанализа. Там сразу предупредили об обязательной практике в психиатрической больнице — пугающая перспектива. Что я к тому моменту знала о психиатрических больницах? Только то, что показывают в кино: агрессивные убийцы, одержимые дьяволом, полуживые тела с пустыми глазами — классика американских ужастиков пронеслась перед глазами.

Перед первой субботней практикой я почти не спала и несколько раз переглаживала белый халат. В то осеннее
утро у входа в психиатрическую больницу собралось примерно пятьдесят студентов. От проходной до корпуса
я передвигалась чуть ли не перебежками и старалась держаться как можно ближе к остальным. В актовом зале специально села в третий ряд, чтобы хорошо видеть происходящее и в то же время не быть слишком близко
к пациенту, которого вот-вот должны были привести. Преподаватель объяснил, что на всё происходящее мы должны реагировать максимально спокойно. Никаких комментариев. Смотрим, слушаем и конспектируем.

Женщина говорила о своей семье, признавалась, что ужасно скучает по детям. Когда её увели в палату, патопсихолог сказал, что это яркий пример бреда

Я ждала кого-то стереотипно «ненормального», кто будет бросаться на людей, раскачиваться, валяться по полу и закатывать глаза. И была совершенно обескуражена, когда в сопровождении патопсихолога — специалиста по патологиям мышления — в зал вошла совершенно обычная на вид женщина в халате, накинутом поверх больничной пижамы. Аккуратная, с приятным голосом. Если бы я встретила её при других обстоятельствах, в метро или магазине, никогда бы не подумала, что с ней «что-то не так».

Пациентка спокойно и подробно отвечала на вопросы патопсихолога. Он спрашивал её о самочувствии и просил выполнить разные задания, которые выявляют нарушения мышления. Временами её заносило в пространные рассуждения о смысле жизни — но с кем не бывает? Женщина говорила о своей семье, признавалась, что ужасно скучает по детям. Когда её увели в палату, патопсихолог сказал, что это яркий пример бреда при шизофрении: всё, о чём пациентка так искренне и подробно рассказывала, оказалось стопроцентным вымыслом. У женщины в больничной пижаме, как значилось в её истории болезни, вообще не было близких родственников.

Жизнь с заболеванием

Как живут взрослые люди с психическими заболеваниями, с которыми я сталкиваюсь в работе? Их жизнь проходит примерно по такому сценарию: состояние острого психоза, госпитализация, выписка, возвращение домой, ежедневный приём лекарств. Психиатр ставит диагноз и отвечает за медикаментозное лечение, медицинский психолог занимается реабилитацией и следит за состоянием человека. В лучшем случае у пациента наступает ремиссия, но чаще всего после временного облегчения случается рецидив и круг замыкается. Во время обострения пациент находится в больнице в среднем три недели; всё остальное время он наблюдается в диспансере. Через месяц после начала практики меня позвали работать волонтёром в одном из них.

Читать еще:  Средство от стресса и тревоги

Мы с пациентами много разговаривали — им ведь катастрофически не хватает общения. Порой они
по три раза рассказывают, как доехали до диспансера
и что видели на улице. Самый обычный бытовой разговор
с психологом для многих — спасение и единственная возможность пообщаться с другим человеком.
Ни малейшей агрессии я не замечала — бояться их было бы просто нелепо. Я видела перед собой очень одиноких людей, с которыми случилось страшное: их собственный разум отказал им и лишил возможности жить полной жизнью. Общество от них отвернулось, как от
прокажённых. Родственники, друзья, за редким исключением, стали избегать. Ни капли поддержки. Тотальное одиночество.

Я видела перед собой очень одиноких людей, с которыми случилось страшное: их собственный разум отказал им и лишил возможности жить полной жизнью

Пациенты знают, что с ними «что-то не так», видят, что это вызывает у окружающих страх и даже отвращение, поэтому начинают считать себя плохими. Общество навязывает им чувство вины и усложняет сам процесс лечения. В 95 % случаев, когда человек начинает вести себя не так, как обычно — считает белые стельки в ботинках, слышит голоса, не может сконцентрироваться на разговоре или говорит неразборчиво, так, что его не могут понять окружающие, — родственники игнорируют проблему до последнего. Сам человек за медицинской помощью не обращается. Ситуация становится критической. В итоге пациент пытается себя покалечить, покончить с собой или не может избавиться от галлюцинаций и навязчивых мыслей. Тогда ему вызывают скорую, которая и увозит его в больницу в состоянии острого психоза. Это классический сценарий для больных шизофренией.

При биполярном аффективном расстройстве всё выглядит иначе. Хорошо помню одну из первых пациенток с этим диагнозом в моей практике. Девушка только что пережила маниакальное состояние, когда её сознание разгонялось настолько сильно, что она уже не могла закончить дело или договорить одну фразу. Её разрывало от количества идей, желаний, предположений. В таком состоянии люди делают огромные спонтанные траты, отправляются в незапланированные поездки, берут кредиты. У них отключается чувство ответственности. Пациентка с биполярным расстройством, о которой я говорю, уже приняла первую дозу замедляющих сознание лекарств, но всё ещё оставалась невероятно «быстрой»: бросалась складывать оригами, рисовать набросок для татуировки, курить, искать специальную бумагу. Нередко люди с биполярным аффективным расстройством скучают по маниакальному состоянию, особенно когда переживают противоположную стадию — депрессию.

Правила общения

Работать в психиатрической больнице в качестве штатного клинического психолога я начала совсем недавно, когда закончились годовая практика и волонтёрство. Главная моя обязанность сейчас — диагностика. Я общаюсь с пациентами и разбираюсь, в чём именно состоит нарушение мышления в том или ином случае, чтобы психиатру потом было легче поставить диагноз. Плюс веду разные тренинги, которые помогают пациентам комфортнее контактировать с окружающим миром. Современная психиатрия пришла к тому, что многие заболевания, которые раньше лечили исключительно медикаментозно, можно частично или даже почти полностью корректировать терапией.

При общении с людьми с психическими заболеваниями медицинские психологи обязаны соблюдать несколько правил. Главные из них: не обсуждать с пациентами их диагноз, сохранять дистанцию и полностью избегать физического контакта. Мы не можем дружить или находиться с пациентами в близких отношениях:
это делает терапию неэффективной. Психолог должен
быть авторитетом, иначе половина тех, с кем он работает, вместо занятий будет требовать пить чай и обниматься.

Принципиально быть эмоционально стабильной.
Я не могу позволить себе выпить или не выспаться перед работой

Один из моих пациентов, например, постоянно пытается целовать мне руки. Шизофрения у него с детства, он всё время представляется разными именами и постоянно слышит в голове детский голос, который ругается матом. Если я хоть раз в общении с ним дам слабину, восстановить профессиональные отношения будет невозможно. Ещё принципиально не испытывать чувство жалости и быть эмоционально стабильной. Я не могу позволить себе выпить или не выспаться перед работой, так же, как прийти расстроенной, раздражённой или плохо себя чувствовать. Пациенты всё это моментально считывают, и установить с ними контакт становится намного сложнее.

Я стараюсь чётко разграничивать профессиональную деятельность и повседневную жизнь, чтобы про себя не ставить диагноз всем подряд. За собой я пока этого не замечала, но от старших коллег слышала, что у них есть проблемы с походами в музеи. Профессиональному психологу или психиатру сложно смотреть на картину, написанную в состоянии острого психоза, и спокойно наслаждаться художественным впечатлением без того, чтобы начать анализировать ментальные особенности автора.

Буквально через несколько недель волонтёрства я отказалась от идеи пойти работать в МЧС и решила остаться в психиатрической больнице — оказалось, что я идеально для этого подхожу. Пациентам со мной комфортно, они быстро открываются, а я интуитивно налаживаю контакт. В нашем деле главное — желание и много практики. Грустно, что у большинства пациентов хроническое состояние: они выписываются, но через какое-то время возвращаются в больницу. Иногда кажется, что есть серьёзные положительные сдвиги, а буквально через неделю болезнь снова побеждает.

Заведующий нашего реабилитационного отделения — настоящий фанат своего дела. Благодаря ему в больнице пациенты, кроме обязательной терапии, могут заниматься живописью, лепкой, танцами, посещать театральную студию и экскурсии. Ведут эти активности штатные психологи, которые понимают специфику пациентов и то, как они воспринимают реальность. Но даже постоянное внимание и эффективная терапия не всегда могут гарантировать выздоровление.

Новость о том, что я работаю в психиатрической больнице, сто процентов собеседников воспринимают остро. К вопросам типа «А ты не боишься заразиться?» или «А их там хотя бы связывают?» я научилась относиться философски. Лёгкий дискомфорт — ничто в сравнении с кайфом каждый день помогать людям, которые в этом очень нуждаются.

Психиатрия отзывы

От всей души хочу выразить огромную человеческую благодарность ведущему научному сотруднику ФЕДЕРАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО БЮДЖЕТНОГО НАУЧНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ
«НАУЧНЫЙ ЦЕНТР ПСИХИЧЕСКОГО ЗДОРОВЬЯ » ( Город Москва, Каширское шоссе, дом 34 ) Балакиревой Елене Евгеньевне. В наше время трудно встретить такого отзывчивого человека и высококвалифицированного специалиста, как она. Елена Евгеньевна буквально спасла мою дочь, с которой два года мы обращались к разным врачам и они не помогали, а только усугубляли ситуацию и ребёнку от лечения становилось всё хуже. Придя на приём к Елене Евгеньевне, она тут же предложила госпитализацию. Её знания, компетентность, своевременное правильное решение, её драгоценный опыт вернули нам надежду и веру в будущее. Сейчас моя дочка госпитализирована и проходит курс лечения в центре психического развития, где наблюдается положительная динамика и улучшение её здоровья. Здоровье моего ребёнка — это полностью заслуга Елены Евгеньевны. Хорошо, что есть ещё такие врачи. В общем идеальный врач и прекрасный человек. Спасибо огромное за её грамотные рекомендации, советы, тактичность, понимание, внимание, человеческое, добросовестное, уважительное отношение к пациентам и их родственникам. Спасибо огромное Елене Евгеньевне за всё и низкий вам поклон. Дай бог здоровья этому потрясающему врачу и просто человеку с большой буквы. С уважением Сафонова Ирина Анатольевна ( мама Сафоновой Елены )

25 Февраль, 2020 Любовь

В 2018 году мы с дочерью обратились к академику Смулевичу за консультацией. У моей дочери 34 лет была сильная депрессия. Моей дочери предложили госпитализировать во 2е отделение Смулевича. Мы дали согласие. Моя дочь пролежала два месяца. Ее лечащий врач Жилин Виктор Олегович, подобрав правильное лечение, буквально вытащил ее из тяжелого состояния. После выписки, моя дочь продолжала наблюдаться у своего лечащего врача. В июне 2019 г. курс лечения был окончен. Моя дочь чувствует себя хорошо, ведет активную жизнь. Я, как мама, очень благодарна академику Смулевичу и врачу Жилину В.О. за эффективную профессиональную помощь, за их деликатность и хорошее отношение. Результаты лечения превзошли все мои ожидания. Спасибо вам огромное за ваш труд. с ув. Андреева Л.

25 Февраль, 2020 Ольга

В НЦПЗ лежала моя дочь. Два месяца лечения дали хороший результат. За первый месяц лечения все симптомы болезни ушли. Во второй месяц подобрали поддерживающую терапию. Очень надеемся, что после такого грамотного лечения приступ не вернется. До этого дочь лечилась по месту жительства, но, увы, там не помогли. Теперь будет приезжать в НЦПЗ на консультацию. Спасибо врачам за профессиональный подход и хорошее отношение. Особые слова благодарности заведующему отделением Столярову Сергею Александровичу, врачам Тамаре Евгеньевне, Надежде Сергеевне и Яне Владиславовне. Вы умеете найти подход к своим пациентам.

25 Февраль, 2020 Вера

Здравствуйте. Хочу оставить отзыв о работе врача Ирины Владимировны Ляная. Моя мама лечится у нее второй десяток лет. У меня нет претензий по поводу того, что мама остается депрессивной. Возможно, она просто резистентна. Но все эти годы врач систематически назначает седативные препараты – азалептин, хлорпротиксен и феназепам. Со временем образовалась лекарственная зависимость от них, мама спит более 14часов день, остальное время ходит полусонная. Есть и явления нейролепсии в виде паркинсонизма, тремора рук и стойкой тахикардии. Мы всячески пытаемся прекратить прием нейролептиков, но когда, как сегодня, мама приходит домой с четырьмя рецептами, выданными на полгода, и из этих 4х рецептов — два как раз на феназепам и хлорпротиксен, вот тут попробуйте, поспорьте – ей же врач назначил! Вы скажете, что Ирина Владимировна не знала? Знала, я лично ей звонила и рассказывала обо всем во время последней маминой госпитализации. Ну, хорошо, давайте допустим, что забыла. Однако объясните мне – эти препараты что, уже назначают без показаний? Или доктор увидела раздраженность, гневливость и психотические эпизоды? Прямо так и записала в амбулаторной карте? Или пошла на поводу у пациентки? А еще – она не знает, что два седатика одновременно назначают редко, в исключительных случаях? И, быть может, не знает, что феназепам опасен пожилому пациенту, а маме 68 лет? Или не знает, что феназепам, как и другие бензодиазепины не назначают более чем на 10 дней, и в принципе не должны выписывать на срок 6 месяцев? И отражен ли в записи нейролептический синдром – шаркающая походка, приведенные руки, феномен «зубчатого колеса», тремор? В чем же такая необходимость назначить эти препараты? Как хотите, а я считаю, что токсикомания у моей мамы ятрогенная. Разберитесь, пожалуйста.

Читать еще:  Неврология уколы

Здравствуйте. Сотрудника с такими инициалами в клинике НЦПЗ нет. Возможно, Вы имели в виду другого врача. Что касается терапии, уже то, что Ваша мама доверяет своему врачу второй десяток лет говорит в пользу того, что лечение ей помогает. В психиатрии есть явление, когда взгляд самого пациента и его родственников на болезнь различны. Возможно, Ваша мама не предъявляет тех жалоб на состояние, которые беспокоят Вас, а в отношении тех симптомов, которые беспокоят ее саму, имеется положительная динамика. Определение показаний и назначение препаратов осуществляется на основании не только жалоб пациента, но также комплексных данных о психическом, соматическом и неврологическом состоянии, с учетом лабораторных показателей и обязательно проводится лечащим врачом на каждой консультации.

11 Декабрь, 2019 Ольга

Благодарю за прием и консультацию Шалину Наталью Сергеевну (7отделение). Очень чуткое отношение. Спасибо за обьяснения и рекомендации.

22 Ноябрь, 2019 Марина

Хочу от всей души поблагодарить Столярова Сергея Александровича. Чудесный, очень чуткий, добрый и понимающий врач. Обращалась к нему во время беременности, диагноз БАР. Снял все переживания по поводу приема препаратов, подбодрил, дал веру в свои силы. Продолжаю наблюдаться. Очень рекомендую

1 Ноябрь, 2019 Дарья

Выражаю благодарность моему лечащему врачу Иконникову Дмитрию Всеволодовичу, всему персоналу 1го отделения, а также психологу Коновалову Андрею Евгеньевичу за интересные и полезные занятия по четвергам с метафорическими картами.

1 Ноябрь, 2019 Денис

Недавно проконсультировался с Мигалиной Валентиной Владимировной. Сразу видно — вдумчивый, внимательный доктор, любящий свою работу. Валентина — обаятельный, располагающий к себе человек, что не менее важно в таком тонком деле как лечение человеческой психики.

1 Ноябрь, 2019 V

Выражаю большую благодарность за высокий профессионализм Румянцевой Елене Борисовне. Спасибо!

1 Ноябрь, 2019 Орлов Сергей Леонидович

Здравствуйте. Я сын! Пишу отзыв от себя и своем мамы, Орловой Валентины Александровны. Проходила лечение в Отделении № 6 в 2016 и в 2018 годах. Начну с 2016 года, тогда матушка поступила в очень плохом состоянии (результат, я считаю, преступной халатности в лечении в 15-й психиатрической больнице, что у м. Каширская). Наблюдалась частая потеря краткосрочной памяти, потеря ориентации во времени, глубокая депрессия, несвязность мыслей и рассуждений. Нас приняли в отделение № 6 к Колесниченко Александру Ивановичу. А так скажу, наша семья не верила в чудо, но он это чудо сделал. Процесс восстановления был сложен с подбором схем лекарственных препаратов ввиду сложности положения мамы, но он это сделал и после лечения нашу маму было не узнать. Она смогла полноценно вернуться в нормальную жизнь. Конечно нужен постоянный прием лекарств, это и понятно в 70 лет. Мама обрела ясность ума, появился юмор, тонус к жизни, память восстановилась, все стало как должно быть у здорового человека. В это сложно было поверить после того, что мы пережили. Мы никогда этого не забудем. Большая благодарность Александру Ивановичу и всему персоналу 6-го отделения.
В 2018 году мама легла в 6-е отделение к Александру Ивановичу на профилактическое обследование, корректировку лекарственной схемы. Все хорошо, после выписки мама чувствует себя хорошо, на свой возраст естественно. Отдельно она просила передать большую благодарность за внимание и заботу лекарственной медсестре Павкиной Ларисе и старшей медсестре Нине.
Спасибо Вам!

Личный опыт: Как я лечилась от депрессии в психбольнице

Февральским утром я не смогла встать с кровати. Потом весь день, вечер, ночь и следующим утром. А потом и другим. Со мной случилась депрессия — впервые за три года.

Текст: Людмила Зонхоева

Вообще, депрессивное состояние мне очень знакомо — с 19 лет. Тогда депрессия случилась на почве несчастной первой любви. И психотерапевт в 202-й поликлинике, в которой лечатся все студенты МГУ, направил меня в психдиспансер. Ложиться в Москве я не стала, а поехала на родину к родителям в Улан-Удэ, где проходила лечение амбулаторно на протяжении примерно двух месяцев.

Затем депрессия накатывала сезонно или была вызвана внешними причинами (например, самоубийством подруги). Иногда я обращалась к психиатрам и психотерапевтам, ко мне даже применяли гипноз, от силы посещала пару сеансов, получала рецепт на «колёса» и на этом успокаивалась.

В 21 год жизнь резко наладилась, и депрессия ушла, как мне казалось, совсем. Почти четыре года я жила полной и счастливой жизнью. Но что-то пошло не так.

В конце 2015 года, как и у всех рекламщиков, у меня было полно работы. Полно настолько, что в декабре я сорвалась на друга и с размаха ударила его по лицу. На Новый год я поехала к родителям, где тоже было не всё спокойно.

По приезде в Москву я пустилась во все тяжкие, чтобы забыться, каждые выходные проводила в клубах, и в это время нам всё с тем же другом пришла в голову гениальная идея — вместе снимать квартиру. До этого я почти три года жила в квартире с хозяйкой на Цветном бульваре, а здесь мы нашли отличную двушку, но в Царицыне. Не задумываясь я переехала. И меня накрыло.

Накрывало меня постепенно. Сначала я стала более остро реагировать на поступки и слова других людей. Потом мне всё тяжелее было вовремя вставать на работу. Меня раздражал новый район и бытовые трудности, с которыми нам с другом пришлось столкнуться. Мы стали ссориться ежедневно. Параллельно меня мучил дикий кашель, который ничем нельзя было вылечить, и я несколько дней работала из дома. А потом я вышла на улицу и поняла, что столкнулась со страхом. Мне было страшно из-за людей вокруг, а в метро впервые лет за пять случилась паническая атака.

На следующий день выйти на работу я не смогла. Я лежала и была не в силах встать и даже налить воду в чайник. В голову начали лезть навязчивые сомнения: мне казалось, что все вокруг мне врут. И единственным действенным, как мне казалось, способом остановить мысли было самоубийство, но бессилие моё было настолько абсолютным, что даже покончить с собой казалось непомерным трудом.

Я вышла на работу, и она действительно меня отвлекала. Только сначала до неё нужно доехать на метро (и бояться), потом прийти и примерно час себя настраивать на общение с людьми (что они ничего плохого тебе не сделают), а потом заставить себя с работы уйти (это самое сложное).

По вечерам я не могла сидеть дома одна — боялась людей за окном. Поэтому я настаивала на том, чтобы мой друг всегда ночевал дома. Или звала других друзей с ночёвкой, которые приезжали и пытались помочь разговорами, музыкой, транквилизаторами или нейролептиками.

И наконец я поняла, что мне пора к психиатру, иначе я не выживу. Сначала я пришла на работу и честно рассказала руководству о своей болезни. Руководство отнеслось с пониманием, в намерении лечиться меня поддержали, за что им большое спасибо.

Я была в таком состоянии, что помощь мне нужна была незамедлительно — здесь и сейчас. Те же друзья, которые несли мне таблетки, советовали своих специалистов. Но их минус был в том, что к ним все по записи, и на вопрос, какое ближайшее время, которое они могут мне уделить, я слышала классический ответ: «На следующей неделе в четверг вечером вас устроит?» Не устроит, я не доживу.

У одной из моих коллег мама — психотерапевт, я созвонилась с ней, всё рассказала, и она решила, что мне необходима фармакологическая помощь, сразу дала телефон психиатра и отрекомендовала меня ему. Таким образом, наконец я оказалась на диване у психиатра.

Рассказала всё то, чем я уже с вами поделилась (ну, чуть больше), психиатр перекинул ногу на ногу, задал несколько уточняющих вопросов и сказал, что мне необходима госпитализация. Я с ним согласилась. Врач достал телефон, позвонил заведующей отделением психиатрической больницы, уточнил о наличии места, завершил звонок и ответил мне: «Ну что же, собирайте вещи, завтра в девять утра вас ждут в больнице».

16 марта 2016 года, среда. Психиатрическая клиническая больница № 3 на Матросской Тишине в Сокольниках. Через забор — следственный изолятор. Жёлтое здание построено в конце XIX века и сразу отдано под психбольницу. Место с историей.

В больницу меня провожал друг-сосед. В платном (моём) отделении высокие потолки с арочными сводами, в коридоре сидит Паша-шизофреник, который через каждые полминуты повторяет: «Да-да-да-да-да» (как-то раз он сказал мне, что мне здесь не место, «это всё какая-то болезнь и большой-большой секрет»).

Читать еще:  Симптомы психических расстройств

Завотделением удивлённо переспросила: «Вы на себя составляете договор?» — обычно пациентов кладут родственники или другие близкие. Стоимость «проживания» в сутки в одноместной палате составляет 5 100 руб. Меня положили на две недели.

Меня заселили в седьмую палату, через стенку — пока пустая шестая, мы делим один отсек. Окно открывать нельзя. В палате телевизор, холодильник, свой душ и туалет — больше похоже на номер в очень дешёвом отеле, если бы не камера видеонаблюдения. На улицу выходить нельзя. Совсем нельзя.

У меня забрали нож, ложку, вилку, тарелку, кружку и станок для бритья. В обмен мне выдали полотенца, жидкое мыло и шампунь. Так началась моя новая жизнь.

В нашем платном отделении лежали пациенты разного пола и с разными диагнозами: от невроза до шизофрении. Возраст — от 20 до 75 лет. Первую неделю я с другими не знакомилась: сталкивалась в коридорах и курилке (курить можно было в общем туалете для пациентов, где иногда справляли нужду шизофреники, другие предпочитали свои, в палатах).

Как-то раз ко мне в палату зашел большой мужик в больничной пижаме в клетку, протянул руку и отрекомендовался: «Дима-Колобок». В подтверждение прозвища потряс пузом перед моим лицом. Спросил, что я читаю. «Флобера», — ответила я. «Пифагора?» — переспросил он. Потом Колобок катался по коридорам и орал: «Я король!»

20-летний парень из шестой палаты постучался и спросил: «Это был завтрак? Или ужин? Милая, я во времени потерялся». Оказалось, что он пустился паломничать и добрался из Коми до Адлера автостопом. Поскольку путешествовал он без документов, в Адлере его задержали и вернули родителям, которые решили положить его в больницу.

Познакомилась я с некоторыми своими соседями на сеансе групповой терапии (так называемой предвыпускной, на ней готовят, как жить со своим заболеванием после госпитализации). Шизофреник, который рассказывал байки о том, как в прошлой жизни был светским журналистом. Азербайджанец, попавший туда после ссоры с родителями. Дед с депрессией. Набожная дама с шизофренией, учит детей в воскресной школе рисунку и архитектуре. Студент исторического факультета с социофобией. Парень с ходунками (перелом пятки после падения из окна). Девочка с родовой травмой, пыталась покончить с собой. Девушка с психозом из Петербурга, которая недавно родила, снимает документальное кино. Семейный психолог с расстройством личности.

Ко мне ежедневно заходил психиатр. В силу того, что он молод, я ему не особенно доверяла. Сначала выслушал историю моей жизни и заявил, что я бодро и весело живу. Затем интересовался моим самочувствием. Проблема в том, что мне никак не могли подобрать антидепрессанты: у меня были кошмарные сновидения после вальдоксана и амитриптилина; после миртазапина были скачки настроения и неадекватное восприятие пространства (двери казались более выпуклыми, чем они есть).

Почти каждый день приходила психотерапевт. С ней беседы были более расслабленные, чем с психиатром, не обо мне: «Людмил, а знаете писателя Дмитрия Быкова, которого я бы охарактеризовала как синтоноподобный шизоид?» На один из сеансов она принесла альбом Третьяковской галереи и показала работы Сурикова: «А так рисуют люди авторитарно-напряжённого характера. Эпилептоидный тип личности».

В середине моего «срока» я прошла беседу с завкафедрой психиатрии всей больницы для уточнения диагноза. По факту это экзамен с комиссией из пяти экспертов: на протяжении часа рассказываешь незнакомым людям о том, как тебе плохо, и отвечаешь на их каверзные вопросы вроде: «А вы не терялись в детстве? В магазине, например?» По итогу беседы невропатолог выписала мне фенибут.

В один из последних дней я прошла психологическое обследование. В основном оно направлено на выявление шизофрении: разложите карточки с рисунками по категориям, совместите категории и оставьте всего четыре; назовите общее и различное между двумя вещами. Одна из отличительных черт шизофрении — недостаточная ассоциативная реакция. Идеи и слова, которые должны быть связаны по аналогии в мозгу пациента, не соединяются, и наоборот, соединяются те, которые у нормальных людей совершенно не ассоциируются друг с другом. Но был и простой тест на исследование личности «Нарисуй несуществующее животное».

Я сдала все анализы, прошла ЭКГ и энцефалографию, была у гинеколога, лора, терапевта, окулиста. Мне сделали рентген носовой полости и грудной клетки для того, чтобы вылечить кашель. Меня водили по обследованиям через другие отделения, где общие палаты и процент страшных диагнозов выше, чем в платном. Это было страшно.

Первые двое суток я отсыпалась, потому что мне усиленно давали феназепам и мощную капельницу (что в ней было, я не знаю). За последующие почти 12 дней в больнице я отвечала на срочные звонки по работе, консультировала по почте, отредактировала пару текстов, прочитала около 12 книг и поправилась на три килограмма на плохой еде. В воскресенье, 20 марта, друзья мне принесли краски и бумагу, и в перерывах между чтением я рисовала (телевизор почти не смотрела).

Родителям о том, что я лежу в больнице, я не стала сообщать. Но меня практически ежедневно навещали друзья. С работы прислали букет цветов, а при выписке домой — гигантского картонного кота.

На больнице моё лечение не закончилось: там меня вывели из критического состояния. Ряд препаратов мне придётся принимать на протяжении шести месяцев, плюс должна вестись параллельная работа с психиатром и психотерапевтом. Должно пройти время, чтобы можно было выяснить, выздоровела ли я до конца.

5 лучших психиатрических клиник Москвы

Характеристика в рейтинге

Диагностика и лечение любых психических расстройств требует особого профессионализма, высокой квалификации и внимательного отношения. Мы изучили отзывы и составили для вас ТОП-5 самых лучших психиатрических клиник Москвы, где используются только современные препараты и инновационное оборудование.

Топ-5 лучших психиатрических клиник Москвы

5 Психиатрическая клиника «Преображение»

«Преображение» – первая во всей России частная клиника, получившая лицензию на осуществление медицинской деятельности в области психиатрии и наркологии в стационарных условиях. Одна из самых востребованных услуг – групповые занятия с психотерапевтом. Другие направления деятельности: семейное консультирование, неврология, наркология и психиатрия. Ключевое преимущество больницы – многолетний опыт и профессионализм персонала.

Лучшая психиатрическая клиника «Преображение» предлагает качественное, эффективное и безопасное лечение. Сотрудники больницы стремятся создать благоприятную психологическую и уютную обстановку, чтобы каждый пациент чувствовал себя максимально комфортно. В 2005 г. клинике было присвоено звание «Лучшая в России». В отзывах выделяют следующие преимущества: использование препаратов нового поколения, применение самых современных методик и гарантия анонимности. Минусы: отсутствие палат повышенной комфортности, высокие цены.

4 Центральная клиническая психиатрическая больница

Центральная психиатрическая больница специализируется на оказании не только диагностической и лечебной, но и анонимной консультативной помощи. Она обладает сетью клинических и параклинических отделений и кабинетов, включая 7 стационаров для взрослых и 2 для ребятишек. Детские палаты предусматривают возможность нахождения с больными детьми их родителей. Одна из немногих клиник, на базе которой функционирует отделение амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы.

Здесь ведется широкая научно-исследовательская деятельность, поэтому в больнице установлено современное оборудование. Сюда обращаются со всей Московской области за точной и быстрой диагностикой психических расстройств. Имеются платные услуги. Минус – здесь не решаются сложные или тяжелые случаи. При диагностике сложных или тяжелых психических заболеваний выдается направление в больницу №3 или другие лечебные заведения столицы.

3 Психиатрическая больница №3 им. В.А. Гиляровского

Психиатрическая клиника №3 им. В.А. Гиляровского (Преображенская больница) – старейшее лечебное заведение Москвы. С 1908 г. здесь открыто детское отделение. Прием осуществляют высококвалифицированные специалисты. Функционирующие отделения: психиатрические, психоневрологические и гериатрические. Работает дневной стационар, но он рассчитан только на 100 человек. Имеется наркологическое отделение, где ежемесячно проводятся семинары по социальной реабилитации психиатрических больных.

Все сотрудники клиники №3 им. В.А. Гиляровского, включая младший медицинский персонал, с уважением и вниманием относятся к пациентам. Помимо основных отделений в больнице работает офтальмологический и даже стоматологический кабинет. Среди преимуществ: одноместные палаты повышенной комфортности, 100% конфиденциальность всех сведений о пациентах и оказание комплексной психиатрической помощи даже на ранних стадиях заболеваний. Минус – небольшая вместимость: клиника рассчитана не более чем на 500 пациентов.

2 Психиатрическая клиническая больница №1 им. Н. А. Алексеева

Психиатрическая больница №1 им. Н. А. Алексеева – самая крупная клиника в России, специализирующаяся на лечении психических расстройств. В их числе: депрессии различной степени тяжести, шизофрения, острые панические атаки, неврозы и др. На базе клиники применяются не только медикаментозные, но и психотерапевтические методики лечения. В больнице работает 10 мужских и 8 женских отделений, но разделения по полу при организации досуга нет.

Каждое утро в клинике №1 им. Н. А. Алексеева начинается с зарядки на свежем воздухе либо гимнастики в помещении. Занятия с психологом ведутся с 12:00 дня, с 15:00 семинары по психообразованию. В остальное время ведется лечение по составленной специалистом схеме. Судя по отзывам, особое внимание здесь уделяют организации досуга, включающего музыкотерапию, физиотерапию, рисование, беседы, просмотр фильмов и др.

1 Клиника психиатрии им. С.С. Корсакова

Инновационные методики диагностики, психотерапии и психопрофилактики успешно используются в лучшей психиатрической клинике им. С.С. Корсакова в Москве. Здесь принимают пациентов с любыми формами психических расстройств. Терапия каждого из них индивидуальна и определяется с учетом переносимости определенных препаратов. Единственная клиника в столице, где осуществляется комплексное соматическое и неврологическое обследование.

Ключевое преимущество психиатрической больницы им. С.С. Корсакова – лучшие специалисты. Здесь работают доктора медицинских наук и врачи высшей категории, обеспечивающие эффективное лечение пограничных и эндогенных психических расстройств. В клинике имеется несколько отделений с палатами обычной и повышенной комфортности для мужчин и женщин. Здесь оказывают стационарную и амбулаторную помощь круглосуточно. Среди преимуществ: высокий профессионализм персонала, вежливость и доброжелательность, отказ от сомнительных методик лечения.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector